Ульяна Фролова, 9 «В» класс, Гимназия №13

Публицистика — это литература на бегу.
М. Арнолд

У Максима Горького мне почему-то  всегда особенно нравятся описания родного города. Благо,  у нас с Горьким родной город общий – удивительно любопытно угадывать в написанных  столетие  назад строчках знакомые улицы и известные места.

Причем, еще интереснее, чем пьесы и рассказы, читать Горьковскую публицистику.  До сих пор хранящиеся в зале периодики Ленинской библиотеки  статьи «Волжского вестника»1896 года  за подписью «Некто  Х» – это просто машина времени!  За таинственным псевдонимом скрывался Горький – ему  тогда заказали серию статей  про Всероссийскую промышленную выставку на Нижегородской ярмарке. Всего он тогда за 4 месяца написал с Ярмарки 107 статей и 18 рассказов.  Так вот,  «Некто Х»  с блеском опроверг  двукратного лауреата Пулитцеровской премии Уолтера Липпмана, который утверждал, что «Публицистика — это то, что пишется на песке и смывается набежавшей волной». Некоторые статьи Горького столетней давности хоть сейчас «срочно в номер». Вот к примеру: «О проблемах, задерживающих открытие выставки». Угадайте, о чем пишет наш великий земляк?

«Нужно торопиться и подрядчик по замощению улиц спешит. Булыжника у него, очевидно, не хватает, и вот он кладет камень от камня вершка на четыре, так что в промежутках вязнет нога. Мостовая представляет собой ряд разнообразных дыр, засыпанных песком. <…> Не мешало бы кому следует обратить внимание на все это. Я молчу о том, что будут представлять собой мостовые, замощенные столь экономическим способом, на будущий год, после разлива Волги. А наверное, на замощение ярмарки комитет отпустил зело солидную сумму». (Некто Х)

Ничего не напоминает? Убрать про разлив Волги, заменить «вершки» и «зело» на «сантиметры» и «очень», а «булыжник» — на «гранитные плиты» — и готовая  же статья про нынешний ремонт Большой Покровской. А казалось бы —  120 лет прошло…

Еще один материал и вовсе вроде анекдота:

«О ценах на жилье в Нижнем Новгороде в период выставки»: «Некоторые домовладельцы, еще в мае воодушевленные мечтой нажиться от гостей, очистили занимаемые ими в своих домах квартиры и перебрались на жительство в каретники, сараи, курятники, хлева, превратив их в жилые помещения, а свои квартиры в капканы для гостей».

Гениальный писатель Горький даже темы для статей в газете выбирал гениально и с прицелом на века. Потому как в нынешнем, 2018, только ленивый не снял программу или не написал о том, как «ломят» цены на жилье в городах, принимающих Чемпионат мира по футболу. Нижегородцы – не исключение и со времен «Некто Х» ничуть не изменились, разве что переезжать собираются не в каретники и хлева, а в садовые домики. Впрочем, прошлым летом, во время «Alfa Future People» в «Новостях» рассказывали о бабуле, которая и впрямь переехала в собственную теплицу, а дом сдала за 10 пенсий. Недаром считается, что писатель чувствует человеческую натуру. И именно тот, кто чувствует – остается в истории, мировых библиотеках и учебниках литературы.

Надо ли говорить, что великий русский писатель Горький несколько статей посвятил «… добыче нефти в России и нефтедобывающей фирме Нобель, представленной на выставке».

«С 91 по 94 гг помещение капиталов в нефтяное дело было совершенно невыгодным в виду низких цен на нефть, и только в 1894 г  цены несколько поправились. Полагают, что из нефти выгоднее всего извлекать только газолины, которые могут дать до 40% своего веса бензина  — продукта очень выгодного и стойкого в цене. <…> Возрастание вывоза нефти за границу очевидно из данных «Совета съезда нефтепромышленников».

Судя по тому, что это с охотой и энтузиазмом публиковал «Волжский вестник», более того, на «нефтяную» тему Горьким с промышленной выставки было написано как минимум 3 статьи, в 1896 за колебаниями цен на нефть горожане следили с не меньшим интересом, чем сейчас.

Ну и конечно, куда ж без культуры. Вот тут Горький, кстати, как нельзя ярче проявил себя сторонником соцреализма. (Основоположником которого в литературе по сей день и считается). Правда в «выставочных» статьях речь идет об изобразительном искусстве. «Некто Х» отдает дань классикам, и ехидно язвит в адрес новых художественных направлений:  «Краски большинства картин ослепительно ярки, идеи  мутны и темны».

Горький буквально разгромил Врубеля, павильону с картинами которого посвятил целых 4 статьи. И во всех отнюдь не комплименты: «… изображено угловато, без грации, с бравурным размахом хлесткими ударами кисти, претендующей на оригинальность. <…> Перед нами хаос творчества и  только». Вообще-то Горький живопись любил и ценил. Многим художникам даже помог состояться, правда, это было уже много позже.  Павла Корина, например, в тридцатые годы и от НКВД прикрыл, и в Италию вывез – итальянских мастеров изучать. Вряд ли, конечно, Горький даже тогда предполагал, что спустя сто с лишним лет в глубоко уважаемой  им Третьяковской галерее его собственный портрет кисти Павла Корина будет висеть буквально с нескольких шагах от зала Врубеля. «Горького писали многие художники. Очень хорош его портрет, написанный Валентином Серовым. Там Горький — романтик. У меня — совсем другое. Я хотел написать автора «Матери» и «Клима Самгина». Так про этот портрет писал сам Павел Корин.

 

Но лично для меня Горький это все-таки не философ и «матерый человечище» кисти Корина, однако, и не романтик с портрета Валентина Серова. Мой Горький, скорее тот, который изображен другим Серовым, Владимиром. Молодой, язвительный, свободный. Тот, который вопреки сентенции  поэта и драматурга Оскара Уайльда: «Публицистику не стоит читать, а литературу не читают», смог написать такую публицистику и создать такую литературу, которую стоит читать.  И которую читают.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *