Максим Голубев, 10 «А» класс, Школа № 19

«Хотим мы или не хотим, любим или не принимаем творчество Максима Горького, но он оказался на вершине литературного Олимпа на рубеже веков и стал частью национальной культуры России. Проследив идейные, нравственные, эстетические искания писателя, оценив сложность его пути, мы, безусловно, придем к развенчанию плакатного мифа о «буревестнике революции» и создателе метода социалистического реализма, ибо Горький – одна из самых трагических фигур нашего столетия», — так трактуется творческое наследие и личность писателя Максима Горького средствами массовой информации. Возможно, такое восприятие справедливо, но сам я еще мало знаком с творчеством этого гения русской литературы, и пока для меня Горький – это маленький мальчик Алеша Пешков с его «густой, пестрой, невыразимо странной жизнью».

Именно так назовет Горький свои детские и отроческие годы в Нижнем Новгороде, имея в виду и жизнь в семье деда Василия Каширина, где отразилась русская жизнь в миниатюре с ее светлыми и мрачными сторонами. Посещение «Домика Кашириных» еще в седьмом классе стало для меня настоящим откровением, погружением в эпоху прошедших лет. Для современного Нижнего Новгорода этот с виду ничем не примечательный старинный домик является одной из главных достопримечательностей города и популярным объектом туризма. Это единственный музей детства Алеши Пешкова и живая иллюстрация к повести “Детство”.

Когда перечитываешь повесть «Детство», зримо представляешь себе добротный дом на крестьянский манер в слободе красильщиков, деда, рычащего на подмастерьев и детей, мать, чувствующую себя приживалкой, бабушку, двигающуюся как-то бочком, едкий запах краски, тесноту. «Копейка служила солнцем в небесах мещанства, и это зажигало в людях мелкую, грязную вражду», — так напишет М. Горький в «Заметках о мещанстве». А главное, такая жизнь делала всех страдальцами: плачет бабушка, погибает самый умный и красивый подмастерье Цыганок, мечется мать, страдает от своей тирании и грубости сам дед, мальчик-сирота отдан «в люди», чтобы до конца понять, как страшно входить в жизнь «ветошником и нищебродом».

Но именно в этом доме и формировался сильный характер, здесь рождался будущий великий писатель. Вот поэтому «Домик Кашириных» так дорог нам. Этот музей открывает перед нашими глазами мир книги. Мы можем «вживую» увидеть места из начала повести, когда Алёша только начинал ощущать все «свинцовые мерзости» этой жизни.  Даже самый небольшой экспонат музея хранит дух того времени и может рассказать много историй из детства Горького, описанных им в повести. Вот поэтому «Домик Кашириных» так любим каждым нижегородцем.

Когда подходишь к этому дому, то сразу чувствуешь, что переносишься на несколько десятилетий назад. Перед домом, как и раньше, булыжная мостовая и керосиновый фонарь на деревянном столбе. «…Приземистый одноэтажный дом, окрашенный грязно-розовой краской, с нахлобученной низкой крышей и выпученными окнами. С улицы он показался мне большим, но внутри его, в маленьких, полутёмных комнатах, было тесно…», — таким его увидел Алексей Максимович в детстве(рис.1). Окруженный небольшим двором с красильней, амбаром, каретником, сараем дом состоит из четырех комнат и обставлен совсем не бедно для того времени. Наиболее колоритными и запоминающимися помещениями в доме являлись комнаты деда, бабушки и кухня.

Самой большой является комната дедушки. Она обставлена как кабинет с дорогой мебелью и удобным диваном, на котором дедушка часто засыпал (рис.2). В левом углу комнаты стоит горка с посудой, а в правом- иконостас. Именно здесь во время чтения молитв дед и разглядел способности внука, когда маленький Алёша «поправил» его.

Самой маленькой, но в то же время самой уютной была комната бабушки. При входе стоит большой сундук, над которым висят часы с маятником, очень страшившие Алёшу. Большую часть комнаты занимает огромная кровать с горой подушек. Также на видном месте пяльцы с коклюшками (бабушка была кружевницей) и киот с иконами, висевший в углу у окна. В этой комнате Алёша часто прятался от побоев или залечивал свои раны или обиды.

Местом, где протекала основная жизнь обитателей этого дома, являлась кухня. Кухня напоминает старинную русскую избу: рядом с печью — бабий кут, или “стряпной угол”, где хозяйничали женщины (рис.3); в красном углу по обычаю- старинный киот с иконами, рядом — большой обеденный стол, за которым и ели, и работали вечером при свете сальных свечей.  Во время семейных трапез часто вспыхивали ссоры, которые часто переходили в яростные драки. Во время таких ссор Алёша, дрожа от страха, забирался на широкие полати русской печи.

Возле двери в углу стояло ведро с ивовыми прутьями, а в кухне у стены находилась низкая широкая лавка, на которой по субботам происходила порка провинившихся, ведь дед был сторонником “воспитания” розгами. Как результат этого — забитость, пришибленность детей в доме, их неискренность, так поразившая Алешу при первом же знакомстве (рис.4).

В темные зимние вечера на кухне работали. “…Дядья и работники приходили в кухню из мастерской усталые, с руками, окрашенными сандалом, обожженными купоросом, с повязанными тесемкой волосами, все похожие на темные иконы в углу кухни…”

На каждого чуткого и внимательного читателя этот музей может произвести своё особое впечатление. Многие экспонаты музея погружают нас в различные эпизоды повести и позволяют поучаствовать в событиях, развивающихся в произведении. Именно за открытый передо мной мир книги я и полюбил «Домик Кашириных». Саму повесть я читал давно (ещё задолго до посещения музея), но некоторые предметы не только освежили в памяти страницы повести, но и придали яркость воспоминаниям.

Самым интересным местом в музее для меня стала комната бабушки, а точнее, стена с фресками. Как только мы попали в комнату, эти непохожие друг на друга изображения сразу же привлекли мое внимание. И позже, рассматривая их, я вспоминал страницы из книги: вот бабушка рассказывает Алёше сказки, а он, сидя на приступке, находит изображения этих героев на печных изразцах (рис.5).

О самых тёплых моментах из жизни семьи Кашириных нам может рассказать и гитара дяди Якова, висящая на кухне. Глядя на неё, сразу вспоминаются весёлые вечера, наполненные смехом, танцами и яркими нотками душевной музыки. Это случалось в праздничные дни, когда дед со старшим сыном уходили из дома. Бабушка устраивала на кухне чай, приглашала гостей. Грустные песни сменялись веселыми танцами, удалой пляской Цыганка.

Проходя по комнатам музея и рассматривая экспонаты, замечаешь, что многие из них освещают всё теплым светом, но есть и такие, которые ложатся на сердце тяжелым грузом. Примером этого служит огромный крест, лежащий у входа к дому, напоминающий нам о гибели Цыганка- веселого и энергичного парня.

В своей повести Максим Горький, преодолевая «свинцовые мерзости» жизни простого народа, показывает его быт и нравы, описывает реальные характеры людей, с которыми ему довелось жить. Мне еще предстоит открыть того Горького, о котором размышляют современные исследователи его творчества. Но «Домик Кашириных» навсегда связал меня с нашим писателем, помог с ним сродниться и полюбить его.

 

 

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *